Архив
Свежие новости
Поэзия
Проза
Веб - строительство
Музыка
Графика и дизайн
Живопись
Фотография
Переводы
Поиск автора
Конкурсы
Поиск
Историческая страничка
Люди   и  судьбы
События, в русских общинах
Семейная
О Святых
Молодежная страничка
Детская страничка
Кроссворды
Письма читателей
Интернет
Предложения
Работа
Вопросы и ответы
Православие
Просто о жизни
 
 Домой  Творчество / Павел Н. Лаптев / Воскресение   Войти на сайт / Регистрация  
 Поиск 
    Карта сайта  

 
Павел Н. Лаптев / Воскресение

Писать глазами. Руки, растущие из глаз, кривые ногти, ковыряющие белое, чтобы оставить после цикла пищеварения земного хоть какое-то упоминание о себе.


Желания земные. Вор с желанием наживы срезающий киловольтный провод, ребёнок с желанием познания сующий спицу в розетку, старуха с желанием видеть в темноте включающая неисправный выключатель – все они падают с отключившимся сердцем вниз, чтобы когда-нибудь воскреснуть…


Я помню мягкое лёгкое с пролежнями ощущение вечной кровати – когда это было? Когда бумага была дешёвой, когда напоминающая о Творце земная природа была цела. Я помню книги свои – гладкие и мягкие, значительно занимающие пространство шкафа. Где всё? Что в них? Труха и пепел, труха и пепел…


Ветер легкодуйный унёс по земле труху и пепел поколений, их бесконечно повторяющиеся пороки и ошибки. Крути, верти планета месиво человеческое, мешай, словно в ступе, чтобы отделить новое от старого и замесить новый век…


Трясёт. Зубы свело неподвластной силой, и боль волнами бьёт по телу, странному голому красивому моему телу, лежащему на странной новой тёплой красивой земле возле похожей на пластмассу из прошлого сосны.


Пульсация воспоминаний – корявых рук, маленьких недвижимых ног моих, будто в зеркале времени лежу уродливый мальчик, скрюченный тисками полиомиелита. За что же? А! Из этих миллиардов ровесников только я такой, только мне муки, только…


- Мы все теперь здесь! – Дева выглядывает из-за сосны, чуть обнимая её длинными волосами, и улыбается. Она красива. И я вспоминаю сны свои – про неё, да, да, про неё  - прекрасную женщину, которая приходила ночью и обнимала, и ласкала, и кровь вскипала в членах моих и недосягаемое в яви счастье охватывало и улетало с пробуждением в вечное инвалидное кресло, в свою уродливую плоть, всё реже с годами верящую в этот символ веры.


- Чаешь воскресения мёртвых и жизни будущего века? - её голос во сне охватывал такие же сосны, поднимаясь выше и выше, и таял в ветках.


- Где? Где они будут жить? – спрашивал мозг мой, снова и снова пытавшийся пробить наяву разорванный болезнью позвоночник.


- Негде, – отвечали скрюченные колени. - Нет места, - отвечали вывороченные локти…


- Есть! – восклицала она и подходила ближе. - Земля будет другая. Ты узнаешь.


Вот рот мой был открыт, издающий звуки:


- Кто?


- Мы все живущие сейчас, – почти пела она высоко.


И вопросы, вопросы червями распирали мозг:


- Где же? Где все жить будут? – да, да! это мой голос из моего сна…


Сейчас она появляется из-за дерева вся нагая и трепет, прежде охватывающий меня при виде женщины, другой трепет, духовный порыв поднимает с земли. Да! Я встаю, как когда-то во сне ощущая сильными ногами твердь земную, ощущая пульсацию вен в конечностях, сбирая огромной грудью, напрягшимся животом чистый хвойный воздух и иду по мягкой массирующей иглице за ней – женщиной моих снов…


 - Твои строки, вот они -  листья на ветру. Зачем, зачем всё это было нужно когда-то?  - она бросает бумажные листы,  и они исчезают вместе с листьями осени.


И я удивленный и радостный спрашиваю ведущую:


- Осень?


- Осень прошлой жизни людской. Всё в прошлом, всё в прошлом, в прошлом…


И листья, и ветер, и снег, и – солнце вокруг водят хороводы. Мягкие, нежные, как женские руки гладят тело моё эти стихии.


- Ты думаешь это осень? Или зима? Или… - говорит она впереди.


- Не знаю, - не знаю я.


- Нет уже времён года. Ничто на нашей планете не меняется уже.


- Земля остановилась? – не верю я.


Она смеётся разноцветной трелью, и ветер шепчет слова:


- Другая вселенная, другая Земля, другой мир…


- Какой? – я спрашиваю ветер.


Он трогает мои волосы тихим шелестом и проносится вихрем, оставляя мне на ладони тающие снежинки.


Дева останавливается и обнимает меня теплом своим, мягкостью, сравнимой с пухом безвесомым и огоньки щекотливые проскакивают меж нами, взлетают, рассыпаются на многие другие и исчезают, оставляя место следующим.


- Кто ты? – спрашиваю я Деву свою.


- Я – эхо твоё, – поёт она и целует, целует трепетно в губы, заставляя молчать, и  говорит, говорит, говорит. – Плоть от плоти. Ты помнишь время – сотни раз с тех пор Земля кружилась вокруг светила. Ты помнишь город – ожерелье прудов и парковые ковры. И ты, весело бегущий в детский сад, где зло поджидало тебя.


- Болезнь? – кричу я, вспоминая.


- Она залезла тебе в спинной мозг и связала тело.


- Я – калека, инвалид! – реву я сквозь ветер, ощущая прошлое.


- И мать, - продолжает она, - отказавшаяся лечить из страха смерти твоей.


- Пункция, - пролетает перед глазами слово.


- И ты, пишущий глазами…


- Я – поэт!


- Да! – отвечает она. – Вспомни, что ты писал мне! – и говорит, говорит. –


 


Разбилось зеркало, осколки


Поймали небо на полу.


Наветы, слухи, склоки, толки


Смешали вместе свет и мглу.


 


И ты, прекрасная, смотрела


На монохром пустой стены.


Без отражения нет тела,


Без света солнца нет луны.


 


- Я помню, – вспоминаю я строки, и продолжаю сам. –


 


            Ты помнишь, разве было это


Чередованье дней, ночей,


Зашитых в отраженье света


Эмоций, жестов, лиц, страстей.


 


Цветных одежд и глаз движенья


В объятиях желанных тел.


Любови вечной воздаренья


Букетов мыслей, слов и дел.


 


Крещенья, свадьбы, похороны,


Цветы, расчёстки, простыня.


И смех, и плач, и крики, стоны,


Здесь только не было меня…


 


- И меня, твоей жены и помощницы, прожившей с тобой годы земные, - прерывает Дева.


- Тебя звали... – вспоминаю я имя её.


- Не надо, - обрывает она. – Имени нет.


- Жена, - вспоминаю я образ женщины рядом и не нахожу сходства. – Ты изменилась! – восхищаюсь я. – Ты стала красивее, ты стала моложе, ты стала…


- Все становятся другими, - останавливает она мою лесть и показывает на поле, усеянное костями человеческими. – Все оживут, как мы…


И ветер принёс голос могучий, приказывающий:


- Я введу дух на вас, и вы оживёте. Обложу вас жилами, и выращу на вас плоть, и покрою вас кожею, и введу в вас дух, и оживёте, и узнаете, что я – Господь!


И вот кости начали сближаться друг с другом.


И вот жилы, мышцы появились на них, и вот кожею покрылись.


- Сбываются пророчества, - поведала Дева и добавила. – Но духа ещё нет.


И тогда голос навеянный, изрёк:


- От четырёх ветров приди, дух, и дохни на них, и они оживут!


И словно свет вошёл в тела, и встали люди, наполненные духом на ноги свои.


И Дева в радости глаголет мне:


Теперь мы будем жить вечно, не ведая болезней, не зная голода, ибо мы возвратились в Эдем. Возьми лист у клёна, возьми перо у птицы и пиши, пиши, прославляя Создателя!


И я, счастливый, окутанный любовью обнимаю свою половину и вспоминаю в радости рифмы прошлых дней:


                                


                                 - Я в прошлое задвину шторы,


Закрыв брезгливой наготы.


Разбилось зеркало, в котором


Красиво отражалась ты.


 


Так сердце вынь из старой рамы,


Открой мне запертую дверь,


Смотри же - облик милой дамы


Блестит в глазах моих теперь.


 


 


 


 


 


 


 


 


 


 


                                                                    конец


 






Warning: date() [function.date]: It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected 'Asia/Karachi' for '5,0/no DST' instead in D:\ezPublish\ezpublish\injo2\netcat\full.php(489) : eval()'d code on line 79
Павел Н. Лаптев / Воскресение написать нам
Дизайн и программирование
N-Studio
© 2017 Австралийская лампада