Архив
Свежие новости
Поэзия
Проза
Веб - строительство
Музыка
Графика и дизайн
Живопись
Фотография
Переводы
Поиск автора
Конкурсы
Поиск
Историческая страничка
Люди   и  судьбы
События, в русских общинах
Семейная
О Святых
Молодежная страничка
Детская страничка
Кроссворды
Письма читателей
Интернет
Предложения
Работа
Вопросы и ответы
Православие
Просто о жизни
 
 Домой  Статьи / «Харбинское танго «Любовь и слезы». Встреча в литературно-музыкальном салоне "Лампада" . Брисбен. Австралия.   Войти на сайт / Регистрация  
 Поиск 
    Карта сайта  
Поиск
Историческая страничка
Люди и судьбы
События, в русских общинах
Семейная
О Святых
Молодежная страничка
Детская страничка
Кроссворды
Письма читателей

 
«Харбинское танго «Любовь и слезы». Встреча в литературно-музыкальном салоне "Лампада" . Брисбен. Австралия.
( Людмила Ларкина )

В Брисбене, в литературно-музыкальном салоне «Лампада» состоялась творческая встреча под названием: «Харбинское танго «Любовь и слезы». Встреча прошла в государственной библиотеке Gaden city.

Идея проведения творческого вечера по данной теме появилась после посещения редактором журнала «Австралийская лампада» Всемирного конгресса выходцев из Харбина. В ходе встречи были показаны фильмы-хроника по Харбину и видеозаписи, сделанные Л. Ларкиной во время пребывания в Харбине в июне-июле 2017 года. Харбинцы, присутствующие на встрече, делились воспоминаниями о городе их детства и о том, чем для них является город Харбин, почему более 50-ти лет они хранят образ этого города в своих сердцах. Первым выступил Константин Русаков, рассказав следующее:

-Для меня Харбин-это Россия на китайской земле. Я благодарен судьбе, что родился в этом чудесном городе, рос среди прекрасных людей и воспитывался необыкновенными учителями. Первая моя школа была – лицей Святого Николая в Харбине и я благодарю судьбу, что моим духовным воспитанием занимались отец Фома, отец Иосиф. Мои духовные наставники привили мне то, что религии народов разнообразны, но Бог один, и потому никогда нельзя делиться по принадлежностям к религии. Я уважаю все конфессии, но не сектантство. При лицее Святого Николая была прекрасная церковь, в которой мы духовно окормлялись. В лицее мы не только учились, но там мы и ночевали. Лицей, к сожалению, был закрыт после вхождения советской армии в Харбин и родители были вынуждены перевести меня в Розовую школу, где я продолжил обучение. В новой школе все обучение шло по учебникам советской школы, что наложило на меня глубокий отпечаток, поэтому, когда моя мама и сестры собрались уезжать в Австралию, я категорически отказался, выразив настойчиво свое желание уехать в Советский Союз. Я уехал в СССР в 1955 году. Документы на визу в Австралию мамой были поданы раньше, куда вместе со всеми членами моей семьи было включено и мое имя. Поскольку я отказался выезжать в Австралию, документы маме на выезд пришлось менять. Таким образом, я наказал маму и сестер на несколько лет изнурительного ожидания. Им пришлось ждать визу на выезд из Китая семь лет. Через многие годы, уже в 90-ые, я приехал в Австралию со своей женой Валентиной, чтобы помочь старенькой маме, но так мы здесь и остались.

Харбин в сердце моем остался навсегда. Помню, как в 1945 году мы встречали около магазина Чурина советскую армию. Мне тогда исполнилось девять лет. Несмотря на детский возраст, меня переполняла гордость за Россию, что в дальнейшем тоже сыграло роль в принятии решения уехать в Советский Союз.

Помню один страшный случай, который мне пришлось пережить в Харбине мальчишкой. Случай тот на всю жизнь запечатлелся в моей памяти. Когда Советские войска вошли в Харбин, японцы не собирались сдаваться. Они начали сжигать свои дома, взрывать свои семьи вместе с детьми, но из Китая не уходили. Однажды я шел по улице и увидел такую картину. По улице бежали два советских солдата, которые пытались догнать убегавшего от них японца. Вдруг, на моих глазах, японец на ходу сделал себе харакири (распорол кинжалом себе живот). Еще страшнее было видеть, как еще несколько метров он бежал по своим кишкам… Это страшная картинка детства из жизни в Харбине осталась в моих глазах на всю жизнь.

Мне очень хотелось быть среди русских. В 19-летнем возрасте, как только начались призывы на Целину, я ухал в СССР. Ехал на Целину, а попал в город Канск Красноярского края, где нас, прибывших из Харбина, распределили по населенным пунктам и по профессиям. Меня отправили работать на предприятие автомобильного транспорта в Красноярск, где я совсем еще юным и неопытным человеком занимался тяжёлым трудом, работая на покраске и сборке автомобилей. Позднее я окончил институт имени Гнесиных по классу классическая гитара и дирижирование. Преподавал в школах, в музыкальном училище, затем перевели меня педагогом в институт культуры. После меня осталось много последователей в области музыкальной культуре, известных педагогов игры на гитаре. Одна из них Наталья Замятина, создавшая большой струнный ансамбль в Красноярском крае.

Вся моя сознательная жизнь прошла в Красноярске и вот уже около 20-ти лет я проживаю в Австралии. В Австралии, в частности в Брисбене, я встретил много русских людей, много харбинцев и здесь я вернулся в ту среду, в которой началась моя жизнь. Я общаюсь с харбинцами, с русскими из России. Жизнь моя прошла в трех странах и у меня есть что с чем сравнить. В общем, я прожил интересную, хоть и непростую жизнь.

Евгений Ломакин.

-Что для меня Харбин? Я уезжал оттуда с большим удовольствием. Жизнь моя была там очень трудная, семья большая, мама умерла, когда мне было пять лет. Я очень тяжело работал и в то же время еще учился. Сначала учился в лицее Святого Николая, но вскоре семья наша переехала в другой район и я потерял возможность обучения в лицее. Иногда я видел картинки в журнале о заграничной жизни и мечтал о такой жизни. Потом семья наша попала в Австралию, где я обрел настоящее счастье. Конечно, вспоминаю Харбин-город моего детства, интересуюсь судьбами и достижениями харбинцев, которые проживают в разных странах. Очень понравился фильм Алексея Денисова «Русские Австралии», который рассказывает о том, как харбинцы преуспели в Австралии. Я благодарен Богу, что жизнь моя прошла в этой чудесной стране.


Лара Кадникова.

-Мне было двенадцать с половиной лет, когда мы уезжали из Харбина. Мои чувства были смешанные. С одной стороны была радость от надежды, что нас ждет счастливая жизнь в новой стране. В то же время было очень трудно оставлять любимый город. Неизгладимая память о Харбине – это православные храмы со своей необыкновенной, чарующей архитектурой. Второе, что запомнилось навсегда – это снег. Он для меня запомнился каким-то сказочным. Еще что навсегда я запомнила? Это ландыши. Конечно, помню сирень, черемуху, но особенно вспоминаю одурманивающий запах ландышей. Ландыши связывают меня невидимой нитью с детством, со школьными годами. Мне помнится Харбин, в котором жил русский дух и этот город никогда не забудется.

Вера.

Я родилась не в Харбине, а в Австралии, в День Победы 9 мая 1945 года.
Я никогда не была в Харбине, но никогда не забуду, как мама рассказывала об этом городе и, как плакала, вспоминая Харбин каждый день. Мама рассказывала о том, что японцы делали с китайцами и это невозможно было слушать без слез… А как мама тосковала по городу своего детства! Вспоминая слезы мамы, я плачу сейчас и очень благодарна, что вы провели сегодня на «Лампаде» эту встречу, показали и рассказали много интересного о городе моих родителей. Мой дедушка держал в Харбине кондитерскую фабрику и я мечтаю вместе с братом попасть в Харбин…


Алекс Клестов.

Что я чувствовал, когда выезжал из Харбина? Мне было двенадцать лет и мы ехали туда, куда папа нас вез, поэтому чувства волнения и тоски от того, что я теряю родину, не было. Мне Приехали мы из Харбина в Брисбен на пароходе: папа, мама и шестеро детей. Младшей сестренке Оле было 3 месяца. По приезду в Брисбен нашу семью из восьми человек сразу сняли на фотографию. Это была австралийская газета «Курьер мэйл». Вот так до сих пор в Брисбене и живем.

Мой дедушка родился в России, на реке Кама. По происхождению он был из крестьян. Тяжелым трудом выбился в коммерсанты, но тут советская власть его объявила врагом народа и был вынесен приговор о расстреле. Каким – то чудом дедушке удалось бежать в Харбин, куда он увез всю свою семью. В Харбине он неплохо обосновался, стал продолжать коммерческую деятельность. Все его дети в Харбине тоже стали коммерсантами, включая моего папу. Папа владел несколькими магазинами. Когда в Харбин пришли японцы, папа стал ездить за товаром в Японию и там стал торговать.
Я родился в Нудегоу, потом переехали в славянских городок, где была церковь и служил батюшка Филарет, который в последствии стал митрополитом. Церковь для нас очень много значила и была центром культуры. Мы соблюдали посты, отец Филарет благословил меня прислуживать в алтаре, петь в церковном хоре.
Учиться я ходил к частному педагогу, поскольку папа был против того, чтобы я учился в советской школе. Он говорил: «революция много бед натворила в России…». Папа не хотел никакого советского влияния на своих детей. Так я проучился у частных педагогов четыре года, но потом было сказано, что, если папа не отдаст детей учиться в советскую школу, то будет у семьи много проблем. Папе пришлось отдать нас в советскую школу, но ничего там с нами не случилось, а было очень интересно учиться.

В 1957 году наша семья уехала в Австралию. Мы, конечно, всегда вспоминали Харбин, а с годами появилось еще одно чувство. У меня появилось чувство, что я из дореволюционной России. После революции прошло сто лет и мне же не сто лет, а чувство у меня дореволюционного человека. Вот так нас смогли воспитать родители. Дух дореволюционной России я уловил. У кого есть еще такое чувство? У харбинцев есть, потому что мы жили в такой атмосфере. Я сейчас вижу людей, приезжающих из России, они совсем другие. Они думают по-другому и я вижу, что то, что я вывез из Харбина, меня обогатило.

В 30-ые годы в Харбине жило около триста тысяч русских. Как только пришли японцы в Китай, русские стали уезжать в Советский Союз. Выехало в то время пятьдесят тысяч русских людей и из них сорок девять с половиной тысяч было расстреляно в СССР. В 1950-ые годы русские тоже уезжали в Советский Союз, на Целину и тоже погибали, но не так массово, как вернувшиеся из Китая в СССР, пострадали во время сталинизма в 1930-ые годы.

А что было до прихода русских с Харбином? Этого города вообще не было. Его начали строить русские и в дальнейшем проживало в этом городе более 350.000 русских. Весь город говорил по-русски и хочу заметить, что китайцы тоже говорили по-русски. Причиной этого являлось то, что мы сегодня видели в видеозаписях и фотографиях Людмилы Ларкиной в] ее рассказе о сегодняшнем Харбине. Там остался русский дух и потому в Харбине до сих пор пожилые китайцы поют песни на русском языке и создают ансамбли русской песни, а молодежь ставит сказки на русском языке по Пушкину. Я тоже ношу в себе дух дореволюционной России…

Константин Савченко-Бельский, приехавший на встречу из Сиднея.

Я приехал в Австралию в девятилетнем возрасте, в 1953 году. Нас приехало девять человек семьи: папа, мама и семеро детей. Прибыли мы в Сидней, а на следующее утро нас посадили на поезд и отправили в Брисбен. В Брисбене стояла жара. Это был ноябрь месяц. В этом городе жила наша тетя Евдокия Пожарская. Она встретила нас и говорит: «Сейчас пойдем в магазин на Вуллунгабба. Она жила на Буранда. Мы-дети выходим из дома все в ботинках, тетя говорит:
-Здесь у нас так не ходят.
-В как ходят?
-Босиком.
Мы послушались, сняли ботинки и пошли пешком из Буранды на Вуллунгаббу. Асфальт таял от солнца. Мы обожгли ступни и еле добрались до дома. Вот такой был наш первый день в Брисбене.
Потом я прислуживал в Свято-Николаевском соборе, в Серафимовской церкви и постоянно очень много работал. Мы строили здание, которое сейчас принадлежит Русскому Общественному Центру. Вместе со мной работал мой дядя – Дима Щеголев. Позднее я поработал еще за границей, встретил девушку из Сиднее и переехал жить в Сидней, где проживаю до сегодняшнего дня. У нас двое детей – дочка Лена и сын Юра.

Вспоминаю, как дедушка и папа отказывались брать гражданство Китая, Австралии. Они постоянно говорили, что скоро коммунизм закончится и мы все вернемся в Россию. Рассказывал папа мне, что в центре Москвы лежит большой колокол, к которому мы обязательно поедем. Уже давно нет дедушки и папы и я впервые побывал в России только недавно и видел этот колокол, о котором мне в детстве рассказывали папа.

Не могу забыть тот случай, когда мы из Сиднея впервые поехали паломниками в Харбин. Возглавлял нашу группу Владыка Иларионом. Ходил он везде в рясе, и где бы он не появлялся, к нему подходили китайцы старшего поколения и подводили своих внуков, чтобы коснуться облачения Владыки. Такая у них вера была в русского, православного священнослужителя.

К речи гостя из Сиднея Константина Савченко-Бельского
Елена Андреевна Попова, сидящая в зале, добавила, что папа Константина Савченко-Бельского был диаконом Иверской Божией Матери в Харбине.

После воспоминаний прозвучали авторские песни Василия Ганьшина, выступления которого всегда завораживают зрителей. Перед исполнением песни «Служить Отчизне свято присягали» Василий сказал:

-Мне не надо рассказывать, почему я сегодня в Австралии. Услышанные здесь воспоминания харбинцев меня потрясли и мне это все очень близко… Я преклоняюсь перед вами. Мой дедушка служил в юнкерах в Москве. Я рассказы о нем слышал от моей мамы после его кончины. Я родился в 1949 году, значительно позднее того времени, когда дедушки не стало. Родина моя Тамбовская область, а сегодня я здесь, в Австралии. Из услышанных сегодня воспоминаний, я вынес, что рассеивание русских людей было во все времена - Тургенев Герцен… Во все времена ветер странствий уносил русских людей в разные страны и до сих пор это продолжается. Мы – это осколки России и я очень рад, что мы встретились здесь сегодня. Если была бы сохранена Российская империя, то сегодня не одолевали бы такие распри и люди бы не уезжали оттуда…

В заключении с благодарственным словом в адрес организатора салона «Лампада» выступила Татьяна Краснова, рассказав о том, что родители ее мужа тоже родились в одной из провинций Китая, в старообрядческой семье, где свято хранили традиции Руси и передали своим детям.

Стихи Людмилы Л.Ларкиной «К тебе вернулся поклониться, любимый мой Харбин», написанные автором во время Международного конгресса в Харбине, вдохновенно прочитала юная Амалия Джалимбетова. Прекрасные стихи собственного сочинения, посвященные творческим встречам в салоне «Лампада», прочитала в тот вечер и ее мама Алина Джалимбетова.

Очень теплой и познавательной получилась встреча, на которую в литературно-музыкальный салон «Лампада» приехали не только харбинцы, но и русские, родившиеся, в других китайских провинциях. Воспоминаниями о родине-Китае гости продолжали делиться за чашкой чая. Во время чаепития пели русские песни под баян в сопровождении баяниста Георгия Черных, который тоже родился в Китае. В течение восьми лет он музицирует в салоне «Лампада» вместе с другим исполнителями. Весь его репертуар – это русские песни.
Благодарим всех, кто был с нами в этот прекрасный вечер, посвященный воспоминаниям о Харбине.

Людмила Ларкина –редактор журнала «Австралийская лампада».
Брисбен.




«Харбинское танго «Любовь и слезы». Встреча в литературно-музыкальном салоне "Лампада" . Брисбен. Австралия. написать нам
Дизайн и программирование
N-Studio
© 2018 Австралийская лампада